Территория феодальной Кабарды

Территория феодальной Кабарды
История
zara
Фото: Адыги.RU
11:32, 05 февраль 2020
5 445
0
Трудности в решении данной проблемы обусловлены не столько отсутствием соответствующих материалов, сколько ошибочными методами их интерпретации. Прежде всего следует обратить внимание на мифологизацию факторов изменения границ феодальной Кабарды, когда ее завоевание Россией считалось (в соответствии с господствующими взглядами о ее цивилизаторской миссии на Кавказе) добровольным присоединением к ней, а аннексия значительной части ее территории – освоением никому не принадлежащих земель. В общественное сознание кабардинцев внедрялось представление о том, что она не превышала их современную этническую территорию. В сущности, одна из главных задач советского исторического адыговедения заключалось в том, чтобы воспрепятствовать оживлению в исторической памяти народа неприемлемых для идеологии того времени сравнений современных
Территория феодальной КабардыТрудности в решении данной проблемы обусловлены не столько отсутствием соответствующих материалов, сколько ошибочными методами их интерпретации. Прежде всего следует обратить внимание на мифологизацию факторов изменения границ феодальной Кабарды, когда ее завоевание Россией считалось (в соответствии с господствующими взглядами о ее цивилизаторской миссии на Кавказе) добровольным присоединением к ней, а аннексия значительной части ее территории – освоением никому не принадлежащих земель. В общественное сознание кабардинцев внедрялось представление о том, что она не превышала их современную этническую территорию. В сущности, одна из главных задач советского исторического адыговедения заключалось в том, чтобы воспрепятствовать оживлению в исторической памяти народа неприемлемых для идеологии того времени сравнений современных административнотерриториальных и этнических границ с территорией Кабарды в XVI–XVIII вв. В этом контексте ее сознательное сужение историками фактически оправдало колониальную политику России и тем самым замалчивало ту катастрофу, которая постигла адыгский народ в ходе и результате Кавказ ской войны. Но если отбросить мифологемы прежней историографии, выходящие за рамки научной дискуссии, и сосредоточить внимание на концептуальных подходах, то обнаруживается, что выявлению реальной динамики этнической и политической карты феодальной Кабарды в первую очередь препятствовали:
1. Сведение процессов ее изменения к известной в истории подвижности ка бардинских населенных пунктов, к их переселению, т.е. по существу к внутренним мигра циям, которые в свою очередь рассматривались как освоение кабардинцами новой этнической территории. 2.Отождествление политических границ Кабарды с этнической территорией кабар динцев, а последней только с территорией, где располагались их населенные пункты. 3.Непонимание того обстоятельства, что феодальная Кабарда изначально являлась полиэтническим государственным образованием, территориальный суверенитет которого закономерно превышал непосредственно этническую территорию кабардинцев. 4.Игнорирование особенностей функционирования властисобственности в мас штабах всей Кабарды и в рамках удельных княжеств, а также специфики иерархической структуры землевладения и политической системы в целом. В самом деле, если отождествлять территорию феодальной Кабарды с этнической территорией, т.е. только с территорией расселения этнических кабардинцев, а последнюю – с пространством, где располагались их населенные пункты, исключая из него земли, на ходившиеся вдалеке от них, в том числе и хозяйственные угодья, то наличие кабардин ских селений за пределами обрисованной таким образом «этнической карты» неизбежно будет рассматриваться как доказательство освоения ими новой этнической территории.
Внешне создается впечатление, что исследуется динамика ее изменения. В действитель ности же изучались эпизодические и весьма незначительные в масштабах всей Кабарды случаи внутренних миграций. Н.Г.Волкова, пытаясь доказать расширение территории Малой Кабарды в первой половине XVIII в. «в южном направлении», а затем ее передвижение «западнее и север нее», а также уход кабардинцев с реки Сунжи в 5070х гг. XVIII в.» (62, с.5256), в сущ ности рассматривает процессы внутренних миграций. Ошибка же заключается в том, что они выдаются за внешние миграции, свидетельствующие об изменении ее территории.
Следует учитывать, что Кабарда являлась полиэтническим государственным образовани ем. Полиэтничностью отличались и входившие в нее удельные княжества. На юге ее гра ницы доходили до Главного Кавказского хребта, включая и районы проживания горских народов. Это подтверждается и географическими картами, составленными в 6070х гг. XVIII в. немецкими и французскими учеными. Поэтому в данном случае речь должна ид ти не о расширении территории Малой Кабарды, а о внутренней миграции в ее рамках от дельных населенных пунктов. Описывая массу незначительных деталей, связанных с гид рографией и орографией местности, выясняя мельчайшие подробности переселения «ка баков» с той или иной реки, речки, ручья, оврага и т.д., автор не замечает того обстоятель ства, что оно происходило в пределах определенных кабардинских княжеств. Иначе гово ря, детализация здесь достигается в ущерб общей картине и сущности рассматриваемого процесса. Между тем очевидно, что новые поселения возникали на старой территории, при надлежащей тем или иным малокабардинским князьям. Куда бы они ни передвигались в XVIIXVIII вв.: на юг, север или запад, они передвигались внутри княжеств Таусултано вых, Ахловых и Мударовых (последние представляли собой две ветви рода Гиляхстано вых), которые в свою очередь были разделены между их вассалами. Границы феодальных владений были твердо фиксированы, и обычное право строго регламентировало процессы переселения. Сама его возможность зависела от места владельца села в сословной иерар хии (переселялись не просто населенные пункты, а вотчины, принадлежавшие тем или иным феодальным владельцам).
Князь, находившийся наверху социальной пирамиды, мог переселяться только в пределах своего княжества, первостепенные дворяне – в рамках своих родовых владений, а их вассалы – с разрешения своих сюзеренов. Без знания особенностей вассальноиерархической структуры господствующего класса в феодальной Кабарде невозможно понять также и специфику ее территориального деления. Н.Г.Волкова полагает, что «река Урух в ее нижнем течении служила границей Большой и Малой Кабарды, поскольку поселения последней, принадлежавшие фамилии Анзоровых, находились на этой реке» (62, с.64). Здесь мы сталкиваемся с элементарным недоразумением. Часть Анзоровых, проживавшая в нижнем течении р. Урух, находилась в вассальной зависимости от князей Большой Кабарды. Соответственно, их земли находи лись в верховной собственности последних.
Поэтому часть владений Анзоровых входила в Большую Кабарду. Не вызывает сомнений, что границы между отдельными территория ми, а тем более между Большой и Малой Кабардой следует определить по главному критерию, установив конкретно верховных субъектов власти–собственности, а затем внутри определенных княжеств переходить к характеристике их деления на вотчины вассалов, обладавших различными правами в соответствии со степенью знатности (тлекотлешей, диженуго, беслануорков, уоркшаотлугусов и пшикеу) и местом в социальной иерархии. В этой связи необходимо обратить внимание на одно из главных методологических требований при изучении территории феодальной Кабарды: ее нельзя рассматривать в от рыве от господствующих форм власти–собственности, осуществлявшейся в пределах той или иной территории. «Вся кабардинская земля» управлялась «братьямикнязьями» и в то же самое время находилась в их верховной собственности, будучи поделена между ними на соответствующие уделы. Населенные пункты могли покидать ту или иную местность как в силу внутренних, так и внешних причин, но на нее попрежнему распространялась верховная власть–собственность удельного князя. А если брать еще шире – то и верховная власть всего рода Иналовичей. Следовательно, она оставалась под территориальным суве ренитетом Кабарды.
Временный уход кабардинцев с Кумы и Пятигорья не говорит о том, что этот район перестал быть частью Кабарды. Точно так же, как их переселение на р. Баксан не следует рассматривать как освоение ими новой этнической территории. Река Баксан задолго до этого была населена кабардинцами, что подтверждается массой исторических источников. Территория Пятигорья и вблизи Кумы оставалась объектом экономической экс плуатации, используясь, например, в качестве пашен, о чем свидетельствует и кабардин ская ландкарта 1744 г. Для воспроизводства традиционной экономики (с ее переложнозалежным характе ром земледелия и отгонным скотоводством) кабардинцы должны были обладать устойчи вым политическим контролем над гораздо более обширной территорией, нежели та, на которой располагались их населенные пункты и близлежащие к ним земельные угодья. Но при всем этом использование земли в хозяйственных целях не является обязательным признаком ее принадлежности той или иной политической общности. До утраты Кабардой своей независимости вся ее территория, в том числе и неиспользуемые земли, находились в верховной собственности князей и, соответственно, под их суверенитетом. Другими словами, земля могла и не использоваться в качестве пашен, сенокосов, пастбищ и т.д., но находиться в верховной собственности князей и быть объектом их территориального и политического суверенитета. В своей совокупности суверенная верховная власть и вер ховная земельная собственность князей совпадали с территориальным и политическим суверенитетом Кабарды. 98 Эти обстоятельства следует учитывать и при рассмотрении югозападных окраин Кабарды, включая и верховья Кубани, принимая в расчет не наличие там постоянных по селений или использование земли в хозяйственных целях (62, с.64), а тот факт, что кара чаевцы находились, по терминологии тех лет, в «подданстве» кабардинских князей и что их этническая территория входила в состав полиэтнической Кабарды. Подчеркнем еще раз, что Кабарда – полиэтническое государственное образование, а не только этническая территория кабардинцев. Поэтому территорию их расселения, или их этнические границы, нельзя отождествлять с политическими границами Кабарды.
В этом плане ее можно сравнить со средневековой Аланией. Территория, находившаяся под политическим суверенитетом Кабарды, заметно превышала непосредственно этническую территорию кабардинцев, охватывая также и пространство, занимаемое горскими народами Центрального Предкавказья, которые нахо дились в вассальной зависимости (доходившей до отношений прямого подданства) от ка бардинских князей. С этой точки зрения территория, населявшаяся абазинами, карачаев цами, балкарцами, осетинами, ингушами и частью чеченцев, входила в состав Кабарды. Ее южные границы проходили, как уже отмечалось, по Главному Кавказскому хребту, что нашло отражение в географических картах 70х гг. XVIII в. На западе она граничила, со гласно сведениям ХанГирея, с закубанскими черкесами (331, с. 61).
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)


х