Статьи / История / 07 май 2019

Граф Евдокимов и предложенный им план окончательного покорения Кавказа. Пребывание Императора Александра II в районе военных действий в 1861

В 1860 же году последовало новое разделение Северного Кавказа:
Левое крыло Кавказской линии было переименовано в Терскую область, а
Правое крыло вместе с Черноморией вошло в состав Кубанской области;

Из шести бригад Кавказского линейного казачьего войска и Черноморского войска образовано одно Кубанское казачье войско. Последовали перемены также и в личном составе: начальник Главного штаба Кавказской армии г.-ад. Милютин был назначен товарищем военного министра; на его место г.-л. Филипсон; а командующим войсками Кубанской области и наказным атаманом генерал-адъютант граф Евдокимов.
Объехав обширный край, граф Евдокимов в ноябре представил свои предположения о военных действиях для окончательного покорения Западного Кавказа, причем, главным средством для этого должны были послужить заселение казачьими станицами всего пространства между реками Белой и Лабой и восточным берегом Черного моря и предложение горцам выселиться на равнины или же удалиться в Турцию. Предположения графа Евдокимова были одобрены, и сформированные Адагумский, Шапсугский и Абадзехский отряды способствовали прочному утверждению русской власти и устройству новых станиц. Башильбеевцы, казильбековы, тамовцы и часть шахгиреевцев в указанный им срок оставили свои места и переселились в Турцию. Одни бесленеевцы упорствовали в исполнении требований. 20 июня 1860 года бесленеевцы были внезапно окружены, и они в числе четырех тысяч семейств под прикрытием войск силою были переведены на р. Уруп, а оттуда уже, получив разрешение, переселились в Турцию.
В этот последний период борьбы черкесы решили отстоять свою независимость не только оружием, но еще внутренними преобразованиями. Этому много способствовали появившиеся среди них иностранцы, которые убеждали горцев продолжать воевать с Россией и говорили, что Англия, Франция и Турция принимают их под свое покровительство и объявят России войну. Такими обращениями горцы были чрезвычайно воодушевлены, и главнейшие племена их — абадзехи, шапсуги и убыхи, послали своих выборных старшин в Сочи, где 13-го июня они сговорились действовать объединенными силами.
На этом совещании черкесы единогласно решили учредить чрезвычайный союз и сохранять в стране внутренний порядок. Для управления союзом был учрежден меджлис(Хасэ) из 15-ти улемов и сведущих лиц; этот меджлис они назвали «Великим свободным заседанием». Весь край был разделен на 12 округов, в каждом из них назначали ответственных лиц. Не довольствуясь этими преобразованиями, убыхи искали помощи у Турции и Англии; они обратились к английскому консулу в Сухуми Диксону, прося довести до сведения английского правительства о посягательстве на их независимость со стороны русских войск; они жаловались, что для покорения черкесов генерал Евдокимов окружил их край со всех сторон.
Все эти усилия черкесов, однако, не могли изменить задуманного систематического плана покорения. Со стороны Абхазии ген. Колюбакин, прежде всего, решился нанести нравственный удар: высадившись у Сочи, войска истребили огнем постройки «свободного меджлиса». Тщетно черкесы сбежались со всех сторон и старались спасти свое священное здание: все было напрасно!
Но самый главный удар был нанесен черкесам в Закубанском крае. 20 июля, по окончании работ для устройства новых станиц, около укрепления Хамкеты был собран Верхне-Абадзехский отряд, предназначенный для занятия верховьев р. Фарса и упрочения владения этой рекой.
Появление русских станиц на Фарсе вызвало общее возбуждение среди черкесских племен. В Хамкетский лагерь, к графу Евдокимову явились абадзехские старшины с просьбою, чтобы он не шел в их землю, и не прокладывал у них дорог и просек, так как они принесли уже покорность Государю, и желают жить в мире, Граф Евдокимов, не обратив внимания на их слова, двинулся к Фарсу и расположился в урочище Мамрюк-огой, и здесь, вновь прибывшим абадзехским старшинам объявил, что они сами первые нарушили покорность заключением союза с шапсугами и убыхами, разбоями, укрывательством беглых и что если они хотят действительно принести покорность Русскому Царю, то должны принять то управление и то начальство, какое будет назначено. Абадзехи просили разрешить послать депутацию от всего союза в Петербург, чтобы удостовериться, действительно ли к ним предъявляются требования по воле Государя. Когда им в этом было отказано, то они попросили послать с такою же целью представителей в Тифлис к Наместнику. Граф согласился на эту просьбу, имея в виду, что эта поездка отсрочит враждебные действия абадзехов.
В Тифлисе князя Барятинского тогда уже не было, и депутаты от абадзехов — Гассан Бидхев, от убыхов— Хаджи-Керендук-Берзек и от шапсугов — Ислам-Тхау-шев, в сопровождении полка князя Мамат-Лоова, явились к командующему армией, генерал-адъютанту князю Орбелиани, который подтвердил все требования Евдокимова и объявил, что Государь Император в скором времени сам приедет в Кубанскую область и если пожелает, то может выслушать их просьбы. Вместе с тем князь Орбелиани письменно обратился к народам убыхскому, Шапсугскому и абадзехскому. Он, между прочим, писал: «Государь Император не желает проливать кровь вашу, не желает нарушать ни вашей религии, ни прав вашей собственности. Он желает мира и благоденствия, как и всем своим верноподданным. Вы нарушаете этот мир. Государь каждому из вас, кто изъявит покорность, приказал: дать землю для поселения, дозволить исповедовать мусульманскую веру без стеснения и в селениях ваших строить мечети, не брать вас в солдаты и не записывать в казаки, предоставить каждому селению и округу выбирать из среды своей судей и старшин для разбора всех ваших дел. Для того, чтобы решение судей исполнялось и чтобы никто из вас не обижал другого, будут поставлены начальники.

Между тем как происходили эти переговоры, русские войска успели прорезать дорогами и просеками все пространство, которое населяли племена по рекам Псефиру, Фарсу, Губсу и по правую сторону Белой.

Осенью 1861 года Император Александр II лично хотел убедиться в достигнутых успехах на Западном Кавказе и посетил Кубанскую область.
11 сентября 1861 года Государь высадился в Тамани, на границе Кавказского наместничества; в свите находились генералы-адъютанты князь Долгорукий, Граф Адлерберг, граф Ламберт, Глазенап и лейб-медик Енохин. На пристани ожидали командующий Кавказской армией генерал-адъютант князь Орбелиани с высшими начальствующими лицами. Между прочим, в Тамань к этому времени прибыли более 500 мирных и не мирных черкесов с намерением просить Государя не выселять их с Кавказа. Император сразу обратил внимание на эту толпу черкесов, безмолвно стоявшую невдалеке; спросив у князя Орбелиани — кто они такие, он быстро направился к ним. Тут произошла одна из глубокопотрясающих сцен: при приближении Монарха черкесы все, как один, схватились за оружие и, положив его на землю, благоговейно склонили свои головы; затем старейший из них, выступив немного вперед, произнес следующее приветствие:

«Великий Государь! Мы счастливы, что вы обратили на нас свое милостивое внимание; еще более мы счастливы тем, что, несмотря на недавнюю войну с войсками вашими, вы так великодушно доверились нам. Мы это очень ценим.... Отныне мы эти места, наравне с войсками вашими, будем защищать от врагов до последней капли крови нашей... Не выселяйте только нас и смотрите на нас, как и на остальных ваших верных подданных...».

В продолжение этой речи и потом, когда ее переводили, среди толпы царило глубочайшее молчание, — никто даже не шевельнулся. Государь со вниманием выслушал слова старейшего черкеса и обещал сделать все возможное. Как только эти слова были переведены, между черкесами послышались радостные восклицания, и вся толпа двинулась провожать Царя с громкими пожеланиями счастья и благополучия.
Впечатление, произведенное черкесами на Государя, было самое благоприятное, и он потом неоднократно расспрашивал о них князя Орбелиани.
Государь имел ночлег во вновь открытом городе Темрюке. 12 сентября прибыл в Екатеринодар, где был встречен генералами кн. Меликовым, кн. Мирским и Ивановым. Отслушав молебствие в старинном соборе, куда первые Черноморцы перенесли все внутреннее убранство главного храма Запорожской Сечи, принял от войска хлеб-соль. Черноморцы целый вечер не переставали приветствовать своего высокого гостя.
13 и 14 сентября Государь осмотрел войска Шапсугского и Ниже-Абадзехского отрядов, проехав через укрепления Григорьевское, Усть-Лабинское в Майкопе, а 15-го числа, по возвращении из рекогносцировки за рекой Белой, выехал через Нижне-Фарскую станицу в укрепление Хамкеты, где в то время находился лагерь Верхне-Абадзехского отряда,
На половине дороги разразилась страшная гроза с порывистым ветром, сильным дождем. Наступили сумерки, а густые черные тучи и высокорастущий лес, которым нужно было проезжать, сделали темноту непроницаемой. Путь освещали только факелы, заблаговременно розданные казакам конвоя. Только в 8 часов вечера безмолвный, волнуемый ожиданиями лагерь, мгновенно оживился и принял торжественно-воинственный вид. Звуки музыки и барабанов, громкое «ура» войск, пальба орудий приветствовали въезд Русского Царя в лагерь и огласили окрестные горы и леса.
...
В полдень, одновременно с тем, как войска выстраивались в колоннах, от Царской ставки до урочища Маврюкчая, лесистые предгорья верховьев Фарса начали заполняться сотнями конных абадзехов, шапсугов и убыхов. В то время, когда войска громким «ура» и звуками музыки и барабанов приветствовали Монарха, в верховьях Фарса раздавались бранные и раздражительные крики тех горцев, которые желали ехать вместе с депутатами в наш лагерь, чего старшины не могли дозволить потому, что это было бы нарушением объявленных графом Евдокимовым условий. От сборища горцев отделилось 50 всадников депутатов, которых Государь пожелал принять.
Представитель убыхов Хаджи-Берзек от имени всех просил Императора принять их в русское подданство; на это Государь ответил, что ему приятно видеть горские народы своими подданными, но для этого они, прежде всего, должны бросить свои набеги, повиноваться и исполнять все требования русской власти, а чтобы доказать свою готовность на это, они теперь же должны выдать пленных и беглых. Молчание было ответом на слова Государя. Сделалось очевидным, что явившиеся в лагерь старшины и депутаты были представителями не целого народа, а только одной части, действительно желавших прекращения войны. Когда Государь спросил: «что же они молчат?», Берзек ответил, что у них есть письменная просьба. Государь приказал принять эту просьбу и объявить горцам, что рассмотрение прошения и вообще устройство их быта он поручает кавказскому начальству. В прошении депутатов горцы просили неприкосновенности земель своих, чтобы там не строить крепостей, станиц, не проводить дорог. Несомненно, что подобная условная покорность должна была продлить на долгие годы дело умиротворения края.
Государь сказал: "Я даю месячный срок — абадзехи должны решить: желают ли они переселиться на Кубань, где получат земли в вечное владение и сохранят свое народное устройство и суд, или же пусть переселяются в Турцию."
Отпустив депутатов. Государь объехал лагерь с окрестностями и в особенности долго пробыл на передовой позиции и в Вагенбурге.
Первая находилась на Фарсе, правый берег которого был покрыт густым лесом. Занимавший эту позицию Гренадерский стрелковый батальон громким «ура» приветствовал проезжавшего Царя. Еще более громкие крики огласили горы и леса, когда Государь, томимый жаждой, выпил стакан вина за здоровье храбрых стрелков. Такое же «ура» раздалось на противоположной стороне лагеря в то время, когда Государь объезжал семь стрелковых рот линейных батальонов, охранявших обозы.
В 6 часов к Царскому столу были приглашены, кроме Государственной свиты и главных начальствующих лиц, командиры отдельных частей. Командующий Кавказской армией князь Орбелиани после краткой, прочувствованной речи провозгласил тост за Августейшего гостя. Наступила минута высокого торжества, когда воздух потрясся тысячами голосов солдат, кричавших «ура», смешанными с боевыми выстрелами из орудий и залпами из ружей. В то время, когда эти воинственные крики и гром орудий разносились по лесам и горам, лагерь осветился тысячами плошек, шкаликов и китайских разноцветных фонарей, между которыми горели в нескольких местах транспаранты. Одновременно с этим запылали десятки огромных костров, расположенных на возвышенностях вокруг лагеря. При такой, можно сказать, феерической батальной картине, по окончании обеда, все вышли на террасу, устроенную на самом возвышенном месте лагерной позиции. Пребывание на этой террасе закончилось вечерней зарей с церемонией, поле чего Государь отправился в свою ставку.
«И вот в то время, — говорит в своих воспоминаниях М. Ольшевский, — когда Русский Царь среди умолкшего, но еще пылающего огнями лагеря играл в вист со своими приближенными, в верховьях Фарса происходили трагические сцены, столь присущие горцам при возбужденном состоянии. А нам известно, что они находились в таком ненормальном настроении еще до отправления депутации. Когда же о Царском ответе узнано было в неприятельском стане, то одновременно с тем, как абадзехи, в особенности ближние, пришли в уныние, шапсуги с убыхами явились подстрекателями. Много было употреблено усилий и убеждений со стороны стариков, чтобы успокоить взволнованные умы молодежи. Не раз обнажались кинжалы, и шашки и даже дошло до незначительной кровавой схватки».
19 сентября Государь, простившись с войсками, выехал из лагеря.
Для составления Исторического очерка послужили нижеследующие источники:
Архивные дела штаба Кавказского военного округа, 2-го отделения генерального штаба — 1838 г. №№ 100, 131, 1861 г. № 1, 1863 г. № 70, 1864 г., № 8, 44. Журналы военных действий за разные годы. Материалы Военно-Исторического отдела.
Акты Кавказской археографической комиссии, тома VII и VIII. Военные Сборники 1864 г. №№ 11 и 12. Кавказские Сборники, тома II, V, VIII, IX, X и XVII. Газета «Кавказ», 1864 г. № 44. Бобровский. История 13 лейб-гренадерского Эриванского ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полка за 250 лет. Корганов. История 45-го драгунского Северского полка. Потто. История 44-го драгунского Нижегородского ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полка. С. Эсадзе. Историческая записка об управлении Кавказом, том I, и к 300-летию Дома Романовых. Утверждение русского владычества на Кавказе, т. IV.



© Адыги.RU
Комментарии к новости
Добавить комментарий
Добавить свой комментарий:
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Это код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите сюда:
Экономика Происшествия

«    Ноябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
x