Адыги - Новости Адыгеи, история, культура и традиции » Статьи » История » Разгром чеченцами гребенских казаков в 1832 году по чеченским и русским источникам

Разгром чеченцами гребенских казаков в 1832 году по чеченским и русским источникам

Разгром чеченцами гребенских казаков в 1832 году по чеченским и русским источникам
История
zafe
Фото: Адыги.RU
10:10, 04 июнь 2020
806
0
19 августа 1832 года недалеко от Гудермеса отряд первого имама Дагестана и Чечни Гази-Мухаммада (русские часто называли его Кази-муллой) разгромил довольно крупный отряд терских казаков (по разным источникам от 300 до 500 человек с двумя орудиями), командовал которым командир Гребенского казачьего полка полковник Волжинский...
Разгром чеченцами гребенских казаков в 1832 году по чеченским и русским источникам

19 августа 1832 года недалеко от Гудермеса отряд первого имама Дагестана и Чечни Гази-Мухаммада (русские часто называли его Кази-муллой) разгромил довольно крупный отряд терских казаков (по разным источникам от 300 до 500 человек с двумя орудиями), командовал которым командир Гребенского казачьего полка полковник Волжинский.

Вот как описаны эти события в хронике Мухаммеда Тахира Аль Карахи "Блеск дагестанских сабель в некоторых шамилевских битвах":

"Газимухаммад вступил на землю чеченцев и сжег некоторые их селения (по словам того же Аль Карахи это было сделано, "когда чиркеевцы и другие соседи Газимухаммада перешли к неверным, ... для исправления их и открытия военных действий против царских войск с чеченской стороны" - ИО). В Гудермесе на мюридов напало пятьсот русских кавалеристов, но горцы их перебили и лишь трое из них спаслись. Все убитые были раздеты, горцы взяли также две пушки и кое-что другое бывшее у кавалеристов. На следующий день подошли многочисленные отряды русских. Произошло сражение, после которого воины Газимухаммада повернули назад: те две пушки, однако, они все же доставили в селение Беной" (Мухаммед-Тахир Аль-Карахи Блеск дагестанских сабель в некоторых шамилевских битвах. Махачкала, 1990).

Разгром довольно крупного отряда терских казаков да еще с артиллерией, в те времена было довольно из ряда вон выходящее событие для русских, а потому оно нашло отражение в целом ряде их источников.

В официальном рапорте генерал-лейтенанта Вольховского генерал-лейтенанту барону Розену от 21 августа 1832 года это поражение было описано довольно скупо (что, в общем-то понятно - приказ на преследование Гази-Мухаммада, выполняя который Волжинский погиб, отдавал сам Розен):

"К сожалению, 19-го числа сего месяца полковник Волжинский, преследуя от Амир-Аджи-юртовского укрепления обращенного им в бегство неприятеля, наскакал близ деревни Шавдон в лесу на устроенную оным засаду, был окружен и лишился жизни с двумя офицерами и несколькими казаками" (Рапорт г.-л. Вальховского г.-л. барону Розену 21 августа 1832 года № 101).

Генерал-лейтенант Вольховский в рапорте не указал не только большие потери казаков, но и потерю ими двух орудий (видимо потому, что в те времена это считалось позором для армии). Впрочем, потери эти указываются в других русских источниках, и в целом вполне одинаково.

Так, по словам Н. Волконского, из отряда в 500 человек после разгрома "к Амир-Аджи-юрту успели дойти в порядке не более 150-ти человек. В этом деле, кроме начальника, отряд потерял убитыми 2-х офицеров и 101 казаков, ранеными 3-х офицеров и 42-х казаков и взятыми в плен, по показаниям очевидцев, не более 3-х человек" (Волконский Н. Война на Восточном Кавказе с 1824 по 1834 г. в связи с мюридизмом // Кавказский сборник, Том 18. 1897).

Несколько иные, но в целом вполне сопоставимые с цифрами Н. Волконского данные дает в своих записках Е. Лачинов:

"часть казаков рассеялась; прочие же отступили в порядке к Амир-Аджи-Юрту, но в руки Кази-муллы достались оба орудия, со всем к ним принадлежащим; 16 же артиллеристов все перебиты. Волжинский тоже убит; сверх того, убито 2 обер-офицера и 90 казаков; а ранено 3 обер-офицера и 46 казаков" (Лачинов Е. Отрывок из "Исповедни" Лачинова // Кавказский сборник, Том 2. 1877).
[img]"[/img]

Не указал генерал-лейтенант Вольховский в рапорте и причину этого разгрома (впрочем, он мог ее еще и не знать - рапорт писался 21 августа, а бой состоялся 19 августа). Она, если судить по имеющимся описаниям, состояла в том, что, как писал все тот же Е. Лачинов, " старик Волжинский слишком далеко занесся": казаки настигли неприятеля и в первой стычке опрокинули его, но увлеклись преследованием и попали в засаду (можно сказать, классический прием горцев). Сам бой описан в нескольких русских источниках по-разному (различия заключались в основном в силе акцента автора описания на героизме казаков), но, исходя из описаний многих подобных столкновений, которые позволяют составить их своего рода более или менее "объективную" картину, как представляется, наиболее точное его описание дает Э. Бриммэр в своих воспоминаниях:

"Кази-мулла, с малым числом конных, подошел к Тереку против Червленной станицы и начал грабить мирные аулы кумыков. Волжинский взял сколько было под рукою — сотни три гребенцев и два орудия, переправился через Терек и погнался за разбойниками. Те, будто в испуге, давай Бог ноги, бегут от него, и навели преследователей на сильную засаду, встретившую их частым огнем. Ошеломленные неожиданностью, казаки едва снялись с передков (начали готовить орудия к бою - ИО), как тысячи чеченцев, шашки наголо, бросились на казаков и на орудия. Схватка скоро была кончена. Половина казаков легла на месте, кто мог — ускакал, а с ними и передки орудий, взятых чеченцами. Из первых убитых пулями был полковой командир" (Бриммэр Э. Служба артиллерийского офицера, воспитывавшегося в I кадетском корпусе и выпущенного в 1815 году // Кавказский сборник, Том 16. 1895).

Победа эта существенно способствовала росту влияния Гази-Мухаммада в Чечне и Дагестане. В "Журнале военных происшествий на левом фланге Кавказской линии с 23 мая по 6 июня 1846 года" писалось, что "Чеченцы до сих пор хвалятся этим и указывают на место боя" (и сегодня она тоже часто вспоминается кавказскими историками). Русским же оставалось только вспомнить пророческие слова генерала Ермолова, знавшего Волжинского лично. Слова эти, вместе с собственной характеристикой, приводит Э. Бриммэр, который также бывал с Волжинским в боях:

"Я знавал полковника Волжинского в экспедициях 1822 и 1826 годов, тогда еще баталионного командира Ширванского пехотного полка. Безгранично храбрый, в этом славном полку, где храбрость уж не считалась достоинством личностей, но как бы принадлежностью мундира, Волжинский сумел так служить, что неустрашимость его значительно выделялась и в этой среде. Он был среднего роста, плотной, чисто русской фигуры, добрый и простой человек. Алексей Петрович Ермолов об нем говорил — ”Славный баталионный командир, но дальше вперед пускать не надо," определяя этим умственные способности необразованного человека, несоответствующие его неустрашимости" (Бриммэр Э. Служба артиллерийского офицера, воспитывавшегося в I кадетском корпусе и выпущенного в 1815 году // Кавказский сборник, Том 16. 1895).

О том, как чеченцы "разбили" Петра I можно прочитать здесь.

Понравилась статья? Подпишитесь, поставьте лайк и сделайте репост в соцсетях. Спасибо!

Источник
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)


х