Адыги - Новости Адыгеи, история, культура и традиции » Статьи » История » К истории адыгского населения суворово-черкесского поселка Кубани в XIX - начале XX вв.

К истории адыгского населения суворово-черкесского поселка Кубани в XIX - начале XX вв.

К истории адыгского населения суворово-черкесского поселка Кубани в XIX - начале XX вв.
История
zara
Фото: Адыги.RU
06:56, 07 февраль 2020
3 659
0
В наше сложное время осложнения межэтнических отношений в России, всё чаще для разжигания межнациональных отношений в средствах массовой информации пишут и говорят только о негативном. О «геноциде черкесов русскими» с одной стороны, о «кавказском криминале» с другой. На фоне таких публикаций актуальны темы мирного соприкосновения двух культур. История знает множество фактов русско-кавказского боевого содружества и мирного проживания кавказцев на казачьих землях. Например, в XIX - начале XX вв. в жизни Черноморского, а затем и Кубанского казачьего войска свою роль играли адыги (черкесы) выходцы и переселенцы с левого берега Кубани. Процессы перехода адыгов к казакам по разным социальным и политическим причинам были подробно изучены и освещены в дореволюционной историографии П.П. Короленко, И.Д. Попко, Я.Г. Кухаренко, А.М.
В наше сложное время осложнения межэтнических отношений в России, всё чаще для разжигания межнациональных отношений в средствах массовой информации пишут и говорят только о негативном. О «геноциде черкесов русскими» с одной стороны, о «кавказском криминале» с другой. На фоне таких публикаций актуальны темы мирного соприкосновения двух культур. История знает множество фактов русско-кавказского боевого содружества и мирного проживания кавказцев на казачьих землях. Например, в XIX - начале XX вв. в жизни Черноморского, а затем и Кубанского казачьего войска свою роль играли адыги (черкесы) выходцы и переселенцы с левого берега Кубани. Процессы перехода адыгов к казакам по разным социальным и политическим причинам были подробно изучены и освещены в дореволюционной историографии П.П. Короленко, И.Д. Попко, Я.Г. Кухаренко, А.М. Туренко, и Ф.А. Щербиной. В советской - М.В. Покровским и А.Т. Керашевым. В современной историографии можно выделить работу по истории Гривено-Черкесской станицы, которую подготовил Аюб Чемсо. Всеми вышеназванными историками в большей степени изучена история станицы Гривено-Черкесской и татарского селения Ады. Гораздо менее исследована история населённого пункта Суворово-Черкесского. В своей статье хотелось бы на примере этого поселения показать жизнь одной из компактных групп проживания адыгского населения в казачьем пространстве Таманского полуострова в XIX - начале XX в.
Станица Суворовская основана в 1843 г. на месте существовавшего когда-то аула Хатрамтук (что переводится как «Куток, земля Хатрамовых») и урочища Суворовская батарея. Тогда левобережная Кубань в районе крепости Анапа активно осваивается восточнославянскими переселенцами. По преданию, именно в этих местах переправлялся на левый, тогда ещё турецкий, берег р. Кубани в XVIII в. генерал А.В. Суворов для переговоров с черкесами. Возникновение же собственно населённого пункта Суворово-Черкесский связанно с формированием воинского подразделения дружественных России адыгов, преимущественно из натухайцев и шапсугов, названного Анапским горским полуэскадроном. Ещё в годы Кавказской войны недалеко от станицы Суворовской находилось укрепление, в котором квартировался Анапский горский полуэскадрон, прикрывавший крепость Анапу с северного направления. Учитывая, что полуэскадрон был не просто воинским подразделением, а целой воинской общиной, где наряду с всадниками бок о бок жили и члены их семей, закономерно, что в какой то момент было основано поселение. Казачья же станица Суворовская перестала существовать в годы Крымской войны 1853 - 1856 гг., когда Российская армия вынуждена была оставить Новороссийск, Анапу и прибрежные территории Чёрного моря.
Само поселение Суворово-Черкесское возникло в 1863 г. на место бывшей станицы Суворовской. Его основали несколько десятков семей горцев, служивших, как уже было сказано, в Анапском горском, а с 1861 г. в созданном (на основе полуэскадрона) Кубанском Конно-Иррегулярном эскадроне. В этом эскадроне преимущественно служили изгнанные из шапсугских и натухайских племён сторонники «аристократической партии» и их приверженцы: «Государь Император согласно ходатайству Его Императорского Высочества, Командовавшего Кавказскою Армией, в день 18 апреля 1863 г. Высочайше повелеть соизволил водворить на месте бывшей станицы Суворовской семейств всадников, состоящих на службе в Кубанском Конно-Иррегулярном эскадроне и получающих от казны содержание на свои семейства, отдельным аулом, с отмежеванием по 7-ми десятин на каждую душу мужеского пола. Водворённым, таким образом, всадникам, в случае упразднения эскадрона проживать на означенном месте на правах инородцев, обитающих в приделах Кубанского казачьего войска» [1]. После окончания Кавказской войны XIX в. горцы, воевавшие за Россию в Анапском горском полуэскадроне, осели в тех местах, где проходила их служба, с которой связанна и сама их история. Земля на месте поселения станицы Суворово-Черкесской была исторически землёй племени натухайцев. По словам черкесского этнографа Султан Хан-Гирея, натухайское племя издревле славилось земледелием и оседлостью на родной земле. Это не маловажный факт в образовании такого уникального поселения. Примерно из этих же мест происходил и род знаменитого черкесского военного и политического деятеля Сефер-Бея Зана. С другой стороны, горцам, воевавшим за Россию против своих же соплеменников, вероятно, было трудно психологически вернутся на место расселения большинства адыгов. Служивым горцам давали в поселении по 10 десятин земли за службу, пришлым «мирным» по 7 десятин, офицерам эскадрона отводилось 200 десятин земли каждому. Высочайшие права на землю при поселении Суворово-Черкесском были дарованы наместником на Кавказе великим князем Михаилом Николаевичем в 1867 г. 22 мая 1867 г. всадники ходатайствовали перед великим князем об оставлении их на этом месте проживания, так как ходили слухи о переселении адыгов в Псекупский и Лабинский горские округа. Всего в 1872 г. горцам был назначен участок в количестве 1770 десятин земли в их общинное пользование [2]. Осознание себя хозяевами давало импульс к дальнейшему развитию поселения. В 1876 г. в станице открывается одногодичная начальная горская школа-училище, строится мусульманская мечеть. Как и в казачьих станицах, в ст. Суворово-Черкесской были и свои станичные атаманы. В 1874 - 1876 г. эту должность исполнял поручик К.Т. Улагай, в 1878 г. - Сулим Гунай, в 1881 г. - штаб-ротмистр Гасан Кумкалов, в 1883 г. - Алибей Улагай, в 1891 г. - он же, но уже старшиной аула. Так же с именем этого поселения связанна целая плеяда офицерских адыгских судеб, которые разделяли с казаками по братски все труды и опасности.
Коснёмся некоторых статистических данных по истории поселения. В списке населённых мест кубанской области, изданном в Тифлисе в 1885 г., приводятся такие данные по тогда ещё станице Суворово-Черкесской. В станице было 1780 десятин обрабатываемой земли, 75 дворов и 101 дом, коренных жителей (войскового сословия): мужского пола - 211, женского - 183, всего жителей - 232 и 199 соответственно. В станице была своя мечеть и мужское училище. В графе национальность поселенцы указывались как «натухайцы». По переписи в ней проживали такие видные адыги (черкесы) как представители офицерских семей Товшука Улагая, прапорщика Куя-Бека, штаб-ротмистра Кумкалова, дворянина Алибея Улагая. Данные о том, сколько же населения станицы было адыгами, можно почерпнуть из сравнительной ведомости цифровых данных численности горского населения Кубанской области по сведениям 1885 г. и по новым посемейным спискам, составленным в августе и сентябре 1886 г. Так, в 1885 г. в станице проживало горского населения: мужчин - 166, женщин - 159, им принадлежал 71 двор; в 1886 г. - 181 и 168 мужчин и женщин, проживавших в 86 дворах. Это свидетельствует о динамике роста [3]. Сам населённый пункт в разные годы имел статус, станицы, аула, села. Так, к 1873 г. станица Суворово-Черкесская входила в Темрюкский уезд Кубанской области, к 1888 г. это было село Суворово-Черкесское Темрюкского отдела, к 1917 г. - Суворово-Черкесский аул Таманского отдела. Но в справочнике по Ставропольской епархии (обзор городов, сел, станиц и хуторов Ставропольской губернии и Кубанской области) Н.Т. Михайлова в 1911 г. этот населённый пункт обозначен как «село Суворово-Черкесское населенное горцами». По переписи 1917 г. в ауле было 109 хозяйств. По данным поземельных сборов за 1909 – 1911 гг. в ауле Суворово-Черкесском землёй владели такие адыги (черкесы), как Бек Мерем Гасан (100 десятинами земли), Куев – Бек Исса (66 десятинами), Улагай Касполет Товшукович (60 десятинами), его брат Каломет и их мать Какушь (180 десятинами), Шеретлуков Эдык (140 десятинами).
По переписи 1897 г. это был единственный аул Темрюкского отдела, где проживали адыги (черкесы): 36 семей (482 человека) в 123 домах. Грамотных было около ста человек. Ислам исповедовало 86 горцев. 174 черкеса занимались земледелием, а 88 батрачили в соседних населённых пунктах [4]. В начале XX в. в станице были открыты нефтяные месторождения, и территория эта была отмежевана в Кубанское казачье войско. Так, в удостоверении аульного Суворово-Черкесского старшины от 17 октября 1902 г. сказано: «Дано сие от Суворово-Черкесского аульного правления Хаджибею Беку и Индухо Саучасу, в том что они, вследствие повестки землемера Кубанской области, назначаются доверенными для присутствия и указания границ участка войсковой нефтеносной земли» [5]. В августе 1903 г. был составлен план на участок нефтеносной земли в дачах села Суворово-Черкесского. В 1916 г., по сообщения справочной книги «Черноморское побережье Кавказа», «близ так называемого Черкесско-Суворовского аула, находится несколько нефтяных вышек». Это говорит нам о том, что к этому времени в этом месте уже велась добыча нефти.
Свою роль в жизни поселения играло мусульманское духовенство. Так, в станичном приговоре от 31 августа 1881 г. было представлено суждение о мулле из племени натухайцев, П. Хатувузе «исполнял должность муллы, постоянно трудами своими как в молениях, так ровно и уходами за больными и умершими, относился к здешним вдовам и сиротам человеколюбиво», «в последнюю войну с Турцией, он был при сформировании к сотне милиционеров муллой и исполнял обязанности свои исправно и постоянно находился в рядах со всадниками и наравне с ними исполнял службу, одушевлял их и поддерживал в них военный дух». Горцы испрашивали наградить его потомственным участком земли ввиду смерти жены и наличия 3 малолетних детей [6]. В октябре 1885 г. был поднят вопрос о «награждении магометанского духовенства казачьих войск». Ввиду этого в записке войскового хозяйственного правления от марта 1886 г. было отмечено о назначении земельного участка «разной величины магометанскому притчу станицы Суворово-Черкесской» [7].
Коснёмся вопроса воинского служения адыгов Суворово-Черкесского поселения в Кубанском конно-иррегулярном эскадроне, чинами которого и было основано поселение. Эскадрон был сформирован 18 апреля 1861 г. на основе Анапского горского полуэскадрона. На завершающей фазе Кавказской войны эскадрон входил в состав Адагумского отряда. В марте 1865 г. по окончании боевых действий на Кавказе эскадрон переформирован в полуэскадрон, а в январе 1866 г. Кубанский Конно-Иррегулярный полуэскадрон расформирован и взамен его сформирована сотня Кубанской горской постоянной милиции. «Для исполнения полицейских обязанностей внутри округов и для других надобностей назначаются чины Кубанской постоянной милиции, которая учреждается, применяясь к основаниям, изложенным в положении о Терской постоянной милиции, Высочайше утверждённом 29 января 1865 г.» [8].
В годы Русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг. из горского населения станиц Гривено-Черкесской и Суворово-Черкесской была сформирована Конно-иррегулярная сотня Кубанской области. В отличие от Кубанского Конно-иррегулярного полка, который формировался из горцев кубанских аулов левобережья, сотня набиралась из адыгов вышеозначенных станиц, что весьма показательно говорит об их особом статусе в Кубанском казачьем войске. По этому поводу в приказе по ККВ под № 100 от 19 апреля 1877 г. говорилось: «Его Императорское Высочество Главнокомандующий Кавказскою Армиею, по представлению моему, изволил разрешить: для службы в Кубанской области, из жителей этой области, преимущественно Гривенско-Черкеской станицы и Суворовского посёлка, сформировать конно-иррегулярную сотню по утверждённому ГОСУДАРЕМ Великим Князем 14 ноября 1876 года временному нормальному штату конно-иррегулярной сотни милиции, в копии при сём прилагаемому» [9]. Суворово-Черкесская станица дала сотне 41 всадника. Учитывая небольшую численность населения станицы и добровольческие начала этого формирования, можно отметить высокий патриотизм адыгов Суворово-Черкесского посёлка. В составе воинского отряда вместе со 2-ым Полтавским полком сотня несла службу на Таманском полуострове, и прикрывала побережье от возможной турецкой высадки. В декабре 1877 г. ввиду наступавших холодов сотня распущена по домам.
О высокой воинской спайке адыгов поселения, говорит и факт земельного конфликта случившегося в 80 – е гг. XIX в. Тогда «служившая» часть населения станицы вступила в конфликт с той частью населения, что не служило в Кубанском конно-иррегулярном эскадроне и являлось пришлыми. В поселении чётко делились по принципу службы России в прошлом.
После начала Первой мировой войны 1914 – 1918 гг. население Суворово-Черкесского аула помня о своём боевом прошлом так же как и казаки откликнулись на начавшуюся войну. 25 июля 1914 г., по сообщению Кубанских областных ведомостей, «в 5 часов вечера черкесское население Суворово-Черкесского общества, Таманского отдела, в присутствии местных властей в мечети совершило молебствие о ниспослании победы русскому оружию» [10]. Отдельные представители адыгов служили и в Русской регулярной армии. Например, поручик Кучук Касполетович Улагай, род которого происходил из Суворово-Черкесской станицы и аула, служил в 18-ом драгунском Северском полку, командуя 3 взводом 5-го эскадрона. В его подчинении находился знаменитый в последующем С. М. Буденный. В эмиграции, в Чили, после Второй мировой войны К.К. Улагай являлся атаманом общеказачьей станицы Чили, что говорит об уважении им казачьей культуры и памяти о совместном проживании казаков и адыгов на Кубанской земле. Нужно так же отметить, что отец К. К. Улагая, Касполет Товшукович Улагай (сын когда-то атамана Суворово-Черкесского поселения, поручика Т. П. Улагая) относился к славной плеяде адыгских гражданских деятелей, верно служивших России и Кубани. К. Т. Улагай дослужился на гражданской службе в Кубанской области до чина статского советника (равного полковничьему), занимался благотворительной деятельностью, состоя членом Черкесского благотворительного общества, представлял адыгов в Кубанской законодательной раде в 1917 – 1920 гг. По своей основной работе К. Т. Улагай являлся лесничим ревизором, работая в различных отделах Кубанской области в этом направлении. К 1917 г. К. Т. Улагай состоял управляющим в имении великого князя Сергея Михайловича Романова Вардано, на Черноморском побережье Кавказа близ г. Сочи.
Другой род из Суворово-Черкесского поселения, отличившийся на службе России, - это род Шеретлуковых. Они владели в поселении 140 десятинами земли. Одна из представительниц этого рода, Фатима Шеретлукова, обучалась в Анапском училище для девушек из привилегированных семей. Позднее её отдали замуж за Кучука Натырбова из племени махошевцев. В 20-е годы XX в. семья Шеретлуковых-Натырбовых эмигрировала за границу, сначала в Турцию, потом в США [11]. Другим видным адыгом, выходцем из поселения Суворово-Черкесского был писатель Кадыр Натхо, автор романа «Отчуждённые» о трагической судьбе адыгов на чужбине, ставший после Второй Мировой войны видным общественным адыгским деятелем в США.
Натухайское поселенцы Суворово-Черкесского аула служили хорошими информаторами и хранителями старины, передавая исторические сведения о черкесах для кубанских историков. Так, в сентябре 1901 г. Е. Д. Фелицин, работая над трудом о черкесском политическом деятеле Сефер-Бей Зане, общался со стариком натухайцем, который ещё помнил времена Кавказской войны XIX и сообщил Е. Д. Фелицину бесценные сведения об истории Северо-Западного Кавказа середины XIX в. [12]
Можно сделать предположение, что в 1883 г. часть горского населения Суворово-Черкесского ушла в Турцию к ранее эмигрировавшим в середине XIX в. адыгам. В это время из Кубанского областного правления был сделан запрос в управление межевой части Кубанской области о наличии свободной земли «по случаю ухода горцев в Турцию» [13]. В ответе межевой части, однако, сказано об отсутствии свободной земли на участке Суворово-Черкесского поселения. Можно предположить об ошибочности данных областного правления об исходе части горцев в Турцию.
Революционные события 1917 г. и последующая Гражданская война в России круто меняют судьбу адыгской части населения. С одной стороны адыги (черкесы) активно поддерживали Белое движение на юге России, и часть офицерских родов эмигрировала из России. С другой стороны исход адыгской части населения связан с национальной политикой, проводимой в Советской России в 20 – 30-е гг. XX в. Большей своей частью адыгское население было расселено в Закубанские аулы. Шапсуги - в аулы Шенджий и Тахтамукай, а натухайцы - в аул Натухай. Например, характерна судьба адыгской писательница Натхо Довлетхан Магомчериевны. Она родилась в ауле Суворово-Черкесском в 1913 г., а в 1925 г. её семья была переселена в аул Натухай Тахтамукайского района Адыгеи. Однако по сведениям Р. Трахо, перед Великой Отечественной войной на Таманском полуострове проживало около 600 адыгов. Основным местом проживания, вероятно, был Суворово-Черкесский аул. После 1945 г. последние адыги (черкесы) поселения были расселены по аулам Адыгеи. Но своё название Суворово-Черкесский посёлок Анапского района Краснодарского края сохранил и до наших дней.
Предварительные выводы таковы. История поселения Суворово – Черкесского ведёт своё начало от жителей натухайского племени, частью натухайской и шапсугской аристократии, которая в период преследования своими же соплеменниками (после Бзиюкской битвы в июне 1796 г.) оставалась верной России и доказывала эту верность с оружием в руках, воюя, в том числе, и против своих же соплеменников в Анапском горском полуэкадроне, а затем и в Кубанском – конно-иррегулярном эскадроне. У этой части адыгского «прорусского» населения правобережной Кубани не было соблазнов «перемнуться» к своим или «поднять бунт». Это был служивый аристократический элемент и, как правило, природные воины. Сравнивая Суворово-Черкесское поселение со станицей Гривено-Черкесской, также располагавшейся на казачьих землях в рассматриваемый период, отметим, что в Гривено-Черкесской были абсолютно все категории горского населения, бежавшего из-за Кубани. И между двумя населёнными адыгами поселениями в пределах Кубанского казачьего войска существовало большое различие в области воинского служения и понимания своих обязанностей перед Россией. Помня добрососедские отношения казаков и адыгов, живших бок о бок, адыгский генерал Султан-Гирей Клыч однажды сказал, будучи в эмиграции: «По воле судьбы пришлось жить во многих странах мира. Я знакомился с обычаями, традициями, психологией населения этих стран. Из опыта прожитых мною лет, из того, что я видел и пережил волей великого Аллаха, скажу вам прямо, что лучше, проще, человечнее русского человека нигде я не встречал, и нет такого на всем белом свете. Самая гуманная нация - это русские. С ними жить легко и просто» [14]. Всё это приоткрывает перед нами ещё одну страницу добрососедской жизни кубанских казаков и адыгов в XIX – начале XX вв.

Примечания
1. Полное собрание законов Российской Империи. Собр. 2-е. 1863. Т.38. Ст. 39514.
2. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. 574. Оп. 1. Д. 1613. Л. 28 об.
3. ГАКК. Ф.460. Оп. 1. Д. 209. Л. 7-8.
4. Сенькина Т. Н. Народная память о А. В. Суворове (история названия одного посёлка) // URL: http://www.pandia.ru/text/77/309/52429.php (дата обращения: 15. 08. 2013).
5. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 3145. Л.18.
6. ГАКК. Ф.574. Оп. 1. Д. 1776. Л. 2-2 об.
7. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 2289. Л. 9 об.
8. ГАКК. Ф. 744. Оп. 1. Д. 2. Л. 6.
9. Приказы по Кубанскому казачьему войску за 1877 г.
10. Кубанские областные ведомости. 1914, 2 августа, № 168, С.2.
11. Сенькина Т. Н. Народная память о А. В. Суворове (история названия одного посёлка) // URL: http://www.pandia.ru/text/77/309/52429.php (дата обращения: 15.08.2013).
12. Фелицин Е. Д. Князь Сефер-Бей Зан политический деятель и поборник независимости черкесского народа. Нальчик, 2010. С. 160.
13. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 2077. Л. 1.

Брацун Е. В. (г. Краснодар), аспирант КубГУ,
младший научный сотрудник НИЦ ТК ГБНТУ Кубанский казачий хор
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Обсудить (0)


Загрузка...
х